Hogwarts 1943: Гордость и Предубеждения

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts 1943: Гордость и Предубеждения » - флуд и флейм | flood & flame » |. Алиса в стране чудес


|. Алиса в стране чудес

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Вообще мне нужна трезвая оценка моего сумасшедшего бреда, написанного в разные времена, но в постоянной состоянии романтики... В общем вы меня поняли)))

Писалось прошлой осенью, когда я хронически и безнадежно была влюблена

Возможное
Бегом по клавиатуре, по отпечаткам пальцев,
Не обращая внимания на текст экрана,
Проваливаясь в стены собственных мыслей,
Не обращая внимания, что верно, а что неправильно.
Плача над листьями собственных воспоминаний,
Понимая, что они никогда не вернутся,
Умирая каждую секунду, и возрождаясь из пепла,
Время, от времени поднося к губам чашку с черным кофе,
Не замечая ни вкуса, ни цвета, ни мыслей,
Закрывая глаза, в надежде увидеть спасительную темноту,
Но находить только цветные пятна и горечь выплаканных слез.
Засыпать на ковре в обнимку с коробкой съеденных конфет,
И просыпаться, от собственного крика, и испуганно лежать,
Находить утешение в грудах опавших листьев,
Рисовать крылья, которые никогда не почувствуют ветра,
И снова сидеть перед клавиатурой с закрытыми глазами,
Забывая, что же все-таки, хотелось написать…
***
На крыше
Ночь укутала ветром весь мир. И меня.
Город тихо заснул под рассказы деревьев.
Я не плачу, а это – лишь слезы дождя,
Дождь, не плачь, все в порядке, поверь мне.

Темнота впереди, позади – только дождь.
Мне не верит, все плачет над кем-то….
Все стоишь? Ну, чего же ты собственно ждешь?
Все считаешь мгновенья, моменты?

Ветер гонит листву, он толкает вперед…
«Прыгай вниз». И все ближе к краю…
Сильный воздух в лицо, и мгновенный полет.
Я не ангел… Но я летаю.
***
Быть
По городу в кожаной куртке на молнии,
Прыгая через лужи и слушая музыку в наушниках,
Открывая все новые и новые питерские дворы,
И искренне удивляться их множеству.
Писать черной ручкой на белой бумаге стихи про солнце,
И забывать написанное через две минуты.
Искать счастье в облаках,
Но находить только ветер и осенние листья.
Кататься на роликах по асфальту,
И оставлять надписи на стенах кирпичных домов.
Каждый раз влюбляться, как будто бы навсегда,
И каждый раз плакать из-за разлуки.
Пить зеленый чай в ближайших кафе,
И засыпать на скамейках в парке,
Просыпаясь от звонкого собачьего лая.
Искать правду в поэзии,
Но находить только беспричинные слезы.
Смотреть на дождь за окном,
И улыбаться медленному течению капель.
Быть…
***
***

Ты не ангел, да и я не белоснежная…
Просто странно все начинается и заканчивается…
По небу плывут облака, по моим губам катятся соленые слезы.
Мне не нужны законы жанра, я не хочу страдать.
Не хочу умирать стоя на лестнице, от боли и обиды.
Все неправильно, и это «как всегда».
К сожалению, мы не можем ничего изменить.
А ты и не захочешь.
Осенние листья шуршат под ногами как последние воспоминания.
Я не хочу помнить твой взгляд – удивленный и растерянный.
Мне слишком больно жить с памятью о тебе в сердце.
Когда на бумаге выводишь твое имя,
И мысли путаются, обрываются и обращаются слезами.
Ты не хотел ничего делать, не пытался…
Мир падал вниз, забирая меня с собой.
Мне хотелось умереть,
Когда стало понятно, что это была всего - лишь игра,
Игра в любовь,
Игра в «поверит ли она, что я ее люблю»…
Жестокая и неприятная…
Слишком грустно, даже для того, чтобы плакать.
Я больше не увижу тебя…
Но я хочу посмотреть в твои глаза последний раз,
Хочу поговорить, хочу понять.
Хочу забыть.
Я люблю? Ненавижу?
Скучаю…
    Смешная донельзя
    Смешная донельзя, открыла дверь на улицу,
    Застыла в холоде, не зная, зачем и почему,
    Посмотрела вверх, темное небо хмурится,
    Мир падает вниз, на нее, на нас, на толпу.

    Просмотрела боль, как ребенок, правда же,
    Забыла, зачем живет, упала без сил,
    Смотрела на землю, что еще пахнет свежестью,
    Смотрела на Бога, не помня, что он просил.

    Искала себя, находила всего лишь чужих,
    Умирала, стоя по колено в воде,
    Ходила по миру, видела ищущих, но других,
    Забывала кто она, почему и где.

+1

2

Прошлой зимой я вновь перечитывала Макса Фрая... и не только его

    On the mirror party of the Moon
    Она сидела на широком деревянном подоконнике открытого окна и слекга прищурясь, разглядывала город далеко внизу. Он мигал разноцветными огнями реклам, шептал что-то шуршанием машин по гравию дорожек, кричал о чем-то звонкими голосами полу-пьяных девушек в ночных кафе...
    Город был знаком ей до последней черточки, до последнего фонаря на окраине, среди деревьев... Она знала его весь. Знала не потому, что родилась в этом городе – коренные жители, как ни странно, знают свою родину хуже всех, но потому, что в чем-то сама была городом...Она гуляла по нему, когда Луна желтым светом освещала мокрый от постоянных дождей асфальт. Она поднимала лицо к темному небу и вглядываясь в пелерины облаков, судорожно вдыхала ночной воздух. В ее глазах наконец-то появлялась та искорка, которой не хватало по утрам и днем – в них появлялась жажда жизни. Она кончиками пальцев прикасалась к стенам домов и холодными губами прикасалась к стволам деревьев. Она болтала ногами в ледяной воде реки, сидя на жестком булыжнике и разноцветными мелками рисовала на стенах картины, которые на следующее утро смывал беспощадный дождь. Она просто бродила по улицам, разглядывая дома и сдержанно улыбаясь.
    А люди спали. Люди мирно спали в теплых кроватях, смотрели сны, дающие им единственную возможность прикоснуться к хрупкой и изменчивой реальности, и не знали, что эта тоненькая девушка в коротком пальто черного цвета и в кожаных сапожках с растрепанными светло-русыми волосами хранит сейчас их сон, позволяя им жить. Хранит город, разрешая ему дышать и жить.
    Она еще раз взглянула вниз, на город и встав во весь рост на подоконнике, шагнула вперед, в пахнущую шалфеем и мятой темноту, одновременно расправляя огромные черные крылья.
    На зеркальной стороне Луны...

    Записки
        Вот я сижу, пишу зачем-то, а зачем-и сама не знаю, просто срываются слова из под длинных пальцев стучащих по клавиатуре, ложатся зачем-то в определенном порядке, а зачем-это мне неизвестно, да и не моя это забота, да.Просто пишу, мысли в голове скачут и визжат как раненные зайцы. Они правда визжат ( я зайцев имею ввиду, с мыслями-то все понятно), как маленькие дети плачут, и наверное убийство зайцев-самое страшное, как убийство людей, да. Не моя это кстати мысль, а Макса Фрая, как сюда затесалась-мне неведомо, не спрашивайте даже, все равно не отвечу только посмотрю строго, дабы не мешали мыслям крутиться и молчали как партизаны, о том какие буквы здесь видите-просто не любят слова ( не мои, не чужие), когда слишком много человек их читают.Всякая книга написана для одного человека, одного читателя, который все понимает и одновременно не понимает ничего, это-то и хорошо, и слава богу. А все остальные-так, примазавшиеся, почитали и убежали дальше по своим делам, разошлись не подумав и никогда больше не встретятся....

            Мне бы Маргаритой булгаковской обернуться, мне бы своего.. нет, не Мастера, своего Воланда найти, чтобы отвел меня в волшебную сказку, мне бы над Москвой на метле пролететь, мне бы мазь из белладонны под подушкой с утра найти, мне бы...
            Только не исполнятся желания, случайно сорвавшиеся с губ в ночной дреме, не будет мне приза за хорошее поведение-ну и не надо.

+1

3

Ага, а это уже лето (стихотворение) и начало этой осени (тексто-рассказы?) Почти все писалось для разных форумов... местами

Я сегодня с утра героиня немого кино,
Нету слов, выражений лица, только взгляды и жесты,
Горечь быстрых объятий, бокал с недопитым вином,
И тоска, и обида ненужной, оправданной лести...
Сотни долгих обид и пустые слова ни о чем,
Ссоры утром, а love you - густыми ночами,
Мы теперь как чужие, и каждый кричит о своем,
Только взгляды и жесты, чтоб явь не мешалась со снами...

В коридоре терпко пахло сигаретами. Стоило вдохнуть этот запах, как океанской волной захватывали воспоминания. Ночь, около трех часов, последние поцелуи, губы болят и ужасно хочется спать. Все пространство заполнил дым сигарет и кажется, что воздуха вообще не осталось. Ужасно не хочется выпускать из объятий того, кто ближе всех в этом странном мире...
Он пнул ногой стену и накинув на плечи кожаную куртку вышел на лестничную площадку. Сразу стало холодно, а звук захлопнувшейся двери встряхнул что-то в душе. Сразу захотелось разреветься, прижавшись лбом к щербатой серой стене многоэтажного дома, вдыхая запах пива, дешевых сигарет и готовки - странная, нереальная смесь, которая живет только в подъездах больших городов. Хотелось кусать губы, выть от отчаяния, подняться на крышу и прыгнуть с нее вниз головой, уже в полете усмехнувшись мысли о том, что соседи будут ругаться, обнаружив на любимых грядках неаккуратный труп.
И именно поэтому он начал медленно спускаться по лестнице, засунув руки в карманы куртки и сохраняя на лице непроницаемое выражение. Плотно сжатые губы, ничего не выражающие глаза. Кивнуть проходившей мимо симпатичной блондинке с расстрепанными волосами и догом на поводке. Вспомнить, как смеялись они над этой девочкой, обсуждая какова она в постели. А потом, добравшись-таки до квартиры... Нет, не заваливались на диван, а просто сидели на подоконнике, обнявшись и тихо сходя с ума от спокойствия.... Пили кофе, болтали, смеялись.... Жили. Были ли они счастливы? Сложный вопрос.
Все? Неужели все закончилось? Не могло все закончтся так просто... Впрочем, именно у них - могло. Никаких мексиканских скандалов, тихо и мирно - разошлись.
Распахнуть дверь подъезда и выйдя на улицу четко оценить свое желание - пить, пить и еще раз пить. Все равно где. В любом попавшемся на глаза баре, главное - подальше отсюда. От любимых мест... От воспоминаний.
Пройдя несколько шагов по мокрому асфальту, осознать, что все деньги остались в шкафу, в третьем ящике слева. Надо же, запомнил! А сколько криков - то было... "Куда ты дел мои деньги, я же оставлял вчера на столе!!". Смешные. Как дети.
Тряхнуть головой, отгоняя воспоминания и молнией промчаться по лестнице обратно. Две секунды - забрать деньги и уйти. Не смотреть. Не думать.
Но стоит зайти в квартиру, как такой родной и привычный запах ударяет в голову, хочется грохнуться на пол и лежать блаженно на потертом линолиуме... Но нет. Пройти в комнату и остановиться на пороге. Зачем? Нет ответа. Кинуть взгляд на разбитую посуду и, не глядя больше, подойти к шкафу. Не смотреть, не смотреть... В зеркальной дверце старого серванта отражается тот, ради которого стоит жить... Наверное стоит.
Обернуться и краем глаза взглянуть на диван. Закусить губу и, не отдавая себе отчета в своих действиях, кинуться к дивану, обнять, и, целуя, ощутить на губах такой обожаемый привкус....
- У тебя совершенно дурацкие сигареты... - услышать эту тихую фразу и усмехнуться, до чего нелепо звучала она в свете произошедших событий.
-Я брошу курить. - пообещать тихо, зарыться лицом в приятно пахнущие волосы любимого и забыться....
***
Я так хорошо помню день, когда мы с тобой познакомились. Это было осенью. В ноябре, кажется, да? Точно. Под дождем.
Ты бы, наверное, все уже забыл, такие вещи не задерживаются надолго в твоей голове, если бы не фотографии. Помнишь, нас фотографировал кто-то из твоих друзей. Стоящие под дождем, мокрые с ног до головы, но при этом невероятно счастливые. Так смешно было в те дни, и таким простым казался весь мир. Так много красок было вокруг.
Мы познакомились.… На вечеринке что ли? Что-то вроде того, у кого-то из общих друзей. Пожали друг другу руки, кивнули и разошлись, занявшись другими делами. Потом пили вместе кофе и говорили о музыке. Смотрели друг другу в глаза и улыбались. Напились. До состояния риз, но было почему-то не стыдно. Весело было. Гуляли по городу – совсем пьяные, под дождем, кричали что-то, улыбались постоянно.… И, наверное, по-своему были счастливы. Мне кажется, что только с тобой, я понял, что означает «быть нужным кому-то». Я ведь нужен тебе, верно? Нет, нет, не отшучивайся, не улыбайся ехидно, просто скажи – да или нет? А лучше вообще промолчи, потому что я и так знаю ответ, или делаю вид, что знаю.
События последующих дней смазываются в моей памяти, как невысохшие краски, если случайно задеть их рукавом. Я помню, как мы гуляли по городу, ты мне что-то рассказывал, а я не слушал, только кивал невпопад и зачарованно смотрел на тебя. Любовался. Ты ведь очень красивый, правда-правда. Ну, не смейся, пожалуйста. Я же не вру.
Потом мы снова пили кофе, уже у тебя в квартире. Сидели на полу, на ковре и пили. И говорили. Порой у меня создается впечатление, что в нашей общей жизни не было ничего кроме разговоров. Но и их мне было достаточно для того, чтобы быть счастливым. Хотя, конечно, я не прав. Много чего было.
Был парк аттракционов, куда я затащил тебя летом – сам не знаю для чего. Ты упирался руками и ногами, говорил, что я как маленький и вообще это неинтересно, но я тебя все равно туда привел. Мы ели мороженое и катались на Колесе Обозрения. И на чем-то еще, не помню. Вечером ехали домой в старом, скрипучем трамвае – ты еще удивлялся, как они вообще где-то остались, - и я заснул у тебя на плече и проспал так всю дорогу. Ты меня потом долго будил, помню. Притворно сердился, смеялся…
Была поездка на озеро. Не помню какое, далеко где-то. Мы очень долго собирались с утра и приехали только поздно вечером, когда уже не было людей. Сначала огорчились, а потом обрадовались, потому что можно было почувствовать тишину, такой, какая она есть на самом деле. В большом городе никогда не бывает тихо,  и потому это было новым для меня ощущением. Но мне понравилось. Я помню, как мы сидели у самой воды и упоенно целовались. Я слишком хорошо помню вкус твоих губ в тот день. Мне кажется, тогда был первый раз, когда ты позволил мне тебя поцеловать. Событие.
Еще был поход в магазин перед самым Новым Годом. Я запомнил это потому, что мы редко ходили по магазинам вместе. Я вообще не люблю покупать что-то, а таскать с собой кого-то – просто садизм. Но тогда у меня не было выбора. В итоге мы очень весело провели время. Я помню, как купил тебе большого плюшевого медведя, и ты долго смеялся, утверждая, что не любишь игрушки и вообще серьезный и взрослый человек. А потом сидел с этим медведем дома на диване. Смешно.
Чего я никак не могу вспомнить, так это того, когда мы начали жить вместе. Точнее, у меня, конечно, была своя квартира, вообще считалось, что я к тебе «просто прихожу», но я почти каждый раз оставался на ночь, что мы привыкли засыпать вместе и просыпаться почти одновременно. В те редкие ночи, когда я ночевал дома, мне было ужасно неуютно и пусто в своей кровати.… Потому что рядом не было тебя. Мне некого было взять за руку или обнять, никто не улыбался и не шептал сонно: «спи, хватит мечтать…». Непривычно было. С тобой лучше.
В итоге, каким-то странным и непонятным для меня образом, ты пришел в мою жизнь, заняв почетное и важное место в моем сердце, обычно запертом на тяжелый старинный замок.

+1

4

Sophia Jane Green
нравится..

0

5

В общем, писалось на конкурс для одного форума, по этому так коротко))) у меня все выпрашивают продолжение, потому, наверное, потом буду писать...

-

А я-то при чем? В карауле Его Высочества меня в то утро не было. Ах, значит я должен был следить? Скажи своему любимому Жан-Пьеру, что когда я сплю, я следить не могу, а не спал я уже три ночи и имею право.... Да, да, знаю я. Что, Его Высочество сильно сердился? Впрочем, его можно понять... - быстро говорил человек, разговаривая по мобильному телефону и одновременно шагая по улице, в сторону набережной, что виднелась вдалеке. Ничего особо необычного в данной ситуации не было... Кроме, разве что, одеяния этого человека. Мужчина лет двадцати пяти был одет в длинный темно-кровавый плащ, который не давал возможности разглядеть, что находилось под ним. На лоб была надвинута шляпа с широкими полями и пижонским пером, которые по яркости вполне могло соперничать с павлиньим. Не удивляйтесь, господа, ведь дело происходило в Амарзине - столице Соединенных Княжеств, где можно встретить и не такое... Этот мир абсурден до невозможности и прекрасен до невероятности. Но вернемся к делу.
Вчера, в одиннадцать часов вечера из спальни принца была украдена самая важная для него вещь. Его Высочество совершенно справедливо гневался и долго ругал гвардейцев, что были стояли на карауле у его опочивальни. Лейтенантом гвардейской роты был небезызвестный нам уже, человек в темно-кровавом плаще, имя которого состояло из десяти букв, но не было известно никому - вплоть до самого короля. Этот человек появился в Амарзине прошлой осенью, принес в город дуэли и вскоре став лейтенантом, начал муштровать личную роту Его Высочества.
Но мы отвлеклись от принца и похищения. На следующее же утро, все газеты писали о том, что у сына короля украден... Любимый плюшевый медведь. Кто мог совершить данное злодеяние? Кто покусился на самую важную для принца вещь? Грустный и злой мальчик, не умеющий засыпать без любимой игрушки, велел тут же привести лейтенанта, дабы тот отыскал вора...
И теперь беднягу вытащили из теплой постельки - пусть ищет.

0


Вы здесь » Hogwarts 1943: Гордость и Предубеждения » - флуд и флейм | flood & flame » |. Алиса в стране чудес